Самара. Фотоэтюды

Екатеринбургское издательство “Азимут” вслед за картой “Самара. Достопримечательности” выпустило сборник фотоэтюдов “Самара”.

Издание представляет собой набор открыток на пружине. На каждом листе две фотографии: маленькая левая может быть отрезана, а правая стандартная превращается в почтовую карточку с полосками и местом для марки на обороте. На обороте также даны развёрнутые подписи на русском и английском языках.

Я бы отметил следование советским традициям в фотографической части – авторы порой предлагают кадры неоткрыточного по западным меркам типа. Лишь виды Ленинградской, площади Революции, костёла и памятника Чапаеву, да фонтана на Осипенко подходят под типичную туристическую открытку, привычную иностранным туристам. Остальные либо показывают слишком много, либо слишком мало в одном кадре: крупное фото фриза здания Художественного музея подошло бы в качестве иллюстрации путеводителя, фотография оперного театра и памятника Куйбышеву показывает лишь левое крыло здания и памятник. Вид набережной хорош как фотография, но малопонятен как открытка. Памятник батарее хорош, но не полностью вошёл в кадр. Впрочем, это мой, сугубо субъективный взгляд. Качество фотографий находится на высоком уровне.

На высоком уровне и перевод подписей на английский язык. Но взгляд всё равно цепляется за некоторые моменты.

Так, авторы не дают названия Монумента Славы, зато не преминули указать его народные наименования – “Паниковский с гусем”, “Памятник галочке”, “Бэтмэн”. Оставляю в стороне очередное всобачивание Паниковского. В переводе “Паниковский с гусем” оказался “Гусекрадом” или “Вором гусей” (“The Goose Thief”). “Галочка” в переводе оказалась “щёчной отметкой” (“cheek mark” вместо “check mark”).

При описании фонтана на Осипенко мы узнаём о некоем мемориале героям Великой Отечественной войне. Начнём с того, что там не столько мемориал, сколько некие скульптурные группы, точнее, барельефы. При переводе описания памятника несовершеннолетним труженикам тыла встречаем “there teens” вместо “their teens”. Есть тут и пресловутое “in the vicinity of Lenin Avenue”, причём проспект Ленина по-русски стал улицей.

Я уже не удивляюсь слову Academic в переводе наименования Театра оперы и балета. При переводе описания памятника Чапаеву выясняется, что Гражданская война датируется 1917-1921 годами. Когда я учился даты были другие – 1918-1922. Википедия даёт 1917-1922. А костёл, оказывается, посвящён не Пресвятому сердцу Иисуса, а празднику (в переводе даже с большой буквы) Пресвятого Сердца Иисуса. Вальс же “На сопках Маньчжурии” в переводе сократился до “Сопок Маньчжурии”.

Когда речь заходит о ракете, читатели английской версии узнают, что (далее обратный перевод на русский) “в честь того периода [расцвета космической эры] профессионалы ЦСКБ “Прогресс” создали аутентичную копию ракеты Р-7”. Вообще-то, ракету “Союз” создавали не для увековечивания чего-то. Радует то, что здесь проспект Ленина назван проспектом, а не улицей.

Улица Ленинградская названа в переводе “The Mall”. Во-первых, так называется улица в Лондоне. The National Mall – это огромное открытое пространство в центре Вашингтона. Во всех остальных случаях “моллом” называются огромные торговые центры (крытые сооружения), а не улицы. Но и в тексте описания говорится про “pedestrian mall”. А название “Самарский Арбат” если и допустимо по-русски, то вряд ли оправдано в переводе, так как слово “Arbat” вряд ли ассоциируется у иностранцев с чем-либо.

“Дно” переведено почему-то как Skid Row, хотя от skid row до дна – как от Самары до Лондона (причём не того, который в Англии, а того, который на острове Рождества). При чтении справки о Художественном музее мы узнаём, что в 1950-е сотрудники музея спасли коллекцию от “сноса” (именно так в большинстве случаев переводится слово “demolition”). А “неоклассицизм” звучит по-английски так же – Neoclassicism – без добавлений “греко-римский” или Greek-Roman, ибо неоклассицизм – стиль уже не Рима с Грецией.

В общем, над деталями и переводом (в том числе, артиклями) надо ещё поработать. Но авторам не откажешь в лёгкой иронии, выражающейся в заключительных словах:

Однако в большинстве своём Самара туристическая – город для людей с фантазией. Стоишь перед каким-нибудь поразительно запущенным особняком и стараешься представить, каким восхитительным он был на рубеже, допустим, XIX и XX веков.

Точнее не скажешь. Но это уже не о переводе, а о том, каково положение с достопримечательностями и туризмом в Самаре.

Первоначально опубликовано 18 октября 2010 года.